понедельник, 19 ноября 2012 г.

Глава 6. Grazie, Signore*. Часть1

* Спасибо, Господь.


В своей книге «Смертельные уроки» Ричард Зельцер пишет: «Я стою у больничной кровати молодой женщины. Ее лицо обвязано бинтом после операции, а ее рот скривило в параличе. Крошечное разветвление ее лицевого нерва рядом с мышцами рта было повреждено. Теперь она всегда будет такой. Я точно знаю, что я, как хирург, сделал все от меня зависящее, чтобы помочь ей. Тем не менее, мне пришлось отрезать этот маленький нерв, чтобы удалить опухоль в ее щеке.

Ее молодой муж находится в той же палате. Он стоит по другую сторону кровати, и кажется, что они только вдвоем находятся в вечернем свете фонарей, светящих из-за окна, не замечая меня. Я спрашиваю себя, кто они такие, он и эта женщина с перекошенным ртом, ставшим таким из-за меня. Они смотрят друг на друга и с нежностью прикасаются друг к другу. Первой заговорила она:

«Мой рот всегда будет таким?»

«Да» - отвечаю я. «Он останется таким, потому что мне пришлось отрезать нерв».

Она кивает и замолкает. Но молодой мужчина улыбается.

«А мне даже нравится» - говорит он. «Это даже мило».

«И вдруг я понимаю, кто он. Я понимаю и опускаю свой взгляд. Встречая бога, человек не осмеливается посмотреть ему в глаза. Не обращая на меня внимания, он наклоняется, чтобы поцеловать ее искривленный рот, и я настолько близок к ним, что я вижу, как он искривляет свои губы, чтобы прикоснуться к ее губам и показать ей, что у них все равно получается целоваться».

С тех пор, как я прочел эту книгу, меня часто преследовал образ этого мужа, искривляющего свои губы для того, чтобы поцеловать свою жену с перекошенным ртом. И все же, что-то ускользало из моего вида до тех пор, пока однажды этот образ не раскрылся для меня с новой силой, когда я молился и думал о жестокости, которая творилась на холме за городскими стенами старого Иерусалима. Изувеченное тело Сына висит обнаженным, как объект насмешек для мира. Он — богохульник и обольститель народа. Он умирает в бесчестье. Его друзья рассеялись, Его честь поругана, а Его имя стало посмешищем. Он был оставлен Своим Богом. Оставлен совершенно одиноким. Его изгнали из святого города и пригвоздили ко кресту там, где оказываются такие, как Он. Оборванца Христа безжалостно гонят, толкают, бьют плетьми и плюют на Него, убивают Его и хоронят среди таких же, как и Он Сам.

Для того, чтобы более драматично изобразить эту сцену, некоторые христианские художники рисуют Христа с закатившимися глазами и искривленным ртом. Они добавляют в краску свинцовый сурик, чтобы сделать капли крови, стекающие из Его рук, ног и бока более реалистичными.

В 1963 году мой друг подарил мне дорогое распятие. Французский художник очень искусно вырезал из дерева руки Иисуса на кресте. В страстную пятницу Римские «художники» с легкостью вырезали — О, Боже, как они вырезали! — нашего брата Иисуса. Не требовалось никакого мастерства, чтобы вбить молотками гвозди, не требовался свинцовый сурик, чтобы из Его рук, ног и бока хлестала настоящая кровь. Его рот и губы искривились от боли, когда Его прибили к балке креста. Мы настолько привыкли к богословскому объяснению страданий и смерти этого святого Человека, что мы уже больше не видим медленный разрыв тканей Его тела, распространение гангрены и Его мучительную жажду.

В своей монументальной работе «Распятый Бог» Юрген Мольтман пишет: «Мы сделали горечь креста и откровение Бога в кресте Иисуса Христа терпимыми для себя, научившись воспринимать их как необходимость в процессе спасения».

Мы с Рослин идем по Роял Стрит в французском квартале города Новый Орлеан. Расположенная рядом с Бурбон Стрит, которая имеет дурную репутацию с ее джаз-клубами, магазинами футболок и секс-шопов, Роял Стрит усыпана антикварными лавками. «Зайдите, посмотрите на это» - зазывает торговец антиквариатом. «Венера стоит дороже, но этот Христос из слоновой кости по-особенному красив, особенно на черном фоне из вельвета». И чем больше мы изображаем Его, тем больше мы забываем Его и Его агонию третьего часа. Мы делаем Его изображения из золота, серебра, слоновой кости, мрамора и всего, чего угодно, лишь бы освободить себя от Его агонии и смерти.

«Ибо не знавшего греха Он сделал для нас [жертвою за] грех, чтобы мы в Нем сделались праведными пред Богом» (2 Коринфянам 5:21). Каждую форму греха и его последствий, всякое заболевание и болезнь, наркотическую зависимость, алкоголизм, разбитые отношения, неуверенность, ненависть, похоть, гордыню, зависть, ревность, рак, болезни костей, артрит и все остальное испытал и понес на Себе Тот, Кто был презираем людьми (Исайя 53:5) и испытал такую агонию, которую никто даже не может себе представить. «Бог во Христе примирил с Собою мир, не вменяя [людям] преступлений их, и дал нам слово примирения» (2 Коринфянам 5:19). Иисус Христос, пригвожденный ко кресту, понес нашу боль, чтобы дать нам мир и благодать. Он примирил нас кровью Своего креста (Колоссянам 1:20).

Иисус полностью прошел путь одиночества. В Своем разбитом теле Он понес твои и мои грехи, всякое разделение и потерю, каждое разбитое сердце, каждую рану духа, которая никак не заживает, и все самое ужасное в жизни мужчин, женщин и детей за всю историю человечества.

Иисус — Бог. Мы с вами были созданы из земной глины и поцелуя Его уст.

Что мы скажем на такое щедрое проявление любви? Как мы ответим?

Прежде всего, любовь Христа и Его Евангелие благодати требуют личного, добровольного и нетрадиционного решения. Ответить на Его любовь — значит признать, что именно Он проявил инициативу и дал нам приглашение. Попытка Другого заслужить наше расположение сделала этот ответ необходимым.

Но этот Другой — это не коммивояжер возле двери, торгующий безделушками. Это - Христос, предлагающий нам шанс всей жизни: «Я, Свет, пришел в мир» (Иоанн 12:46).

В рассказывании историй есть сверхъестественная необычная сила, которая возбуждает воображение и оставляет неизгладимое впечатление в разуме. Иисус рассказывал много историй, известных как притчи, чтобы дать предупреждение или призвать к покаянию, ведь время коротко. Иисус говорил: «Надвигается приливная волна, а вы развлекаетесь во дворе дома, устроив вечеринку. Или, как сказал Иоахим Джеремиас: «Вы празднуете и танцуете, но не видите, что это происходит на вулкане, извержение которого может произойти в любую минуту». Надвигающаяся беда не терпит промедления. «Итак бодрствуйте, ибо не знаете, когда придет хозяин дома: вечером, или в полночь, или в пение петухов, или поутру; чтобы, придя внезапно, не нашел вас спящими. А что вам говорю, говорю всем: бодрствуйте».

В притче о брачном пире охрана хватает и выкидывает за дверь гостя без брачной одежды. «Брачная одежда — это покаяние. Наденьте ее сегодня, пока вы еще живы, пока не наступил день суда. Наденьте ее сегодня! Надвигающаяся опасность требует покаяния».

Иисус говорит: Рим горит! Бросай свою скрипку, меняй свою жизнь и иди ко Мне. (Бреннан упоминает английскую пословицу «играть на скрипке в то время, когда горит Рим», т.е. «пировать во время чумы». - Примеч. переводчика). Когда по улицам проносится торнадо, не время останавливаться и нюхать цветы. Забудь свои добрые, старые дни, которые так никогда и не наступили: церковь при военной части, которую ты никогда не посещал, добродетели, которых ты никогда не придерживался, законническое послушание, которое ты никогда не ценил, и строгую ортодоксальность, которую ты никогда не принимал. Старые времена прошли. Произошло решительное вторжение Бога.

Человек, понимающий всю серьезность ситуации, знает, что нельзя медлить с принятием решения. Великий Рассказчик призывает нас не бояться, а действовать. Не цепляйтесь за дешевые, раскрашенные кусочки стекла, когда вам предлагают драгоценную жемчужину. Когда под угрозой находится сама жизнь человека, когда он или она стоит на грани нравственного падения, и когда на карту поставлено все, настает час для смелого и бесповоротного принятия решения.

В притче о талантах хозяин призывает трех слуг, чтобы они дали отчет о вверенных им дарах. Первые два смело и находчиво использовали свои таланты. Третий благоразумно спрятал эти деньги. Он представляет собой христианина, который кладет свою веру в герметичную банку и плотно закрывает ее крышкой. Такой христианин идет по жизни прихрамывая, живя детскими воспоминаниями о воскресной школе, и наотрез отказывается духовно расти и развиваться. Не желая брать на себя риск, этот человек теряет талант, вверенный ему. «Хозяин хочет, чтобы его слуги рисковали. Он хочет, чтобы они рисковали его деньгами» - писал Тагвелл.

В одной притче, которая была потенциально провокационной для еврейской аудитории, Иисус рассказывает историю о хитром управителе. Он представляет публике растратчика, который, желая замести следы, отмывает деньги своего работодателя, подделывая цифры в его счетах. И Иисус хвалит этого преступника!

«Один человек был богат и имел управителя, на которого донесено было ему, что расточает имение его; и, призвав его, сказал ему: что это я слышу о тебе? дай отчет в управлении твоем, ибо ты не можешь более управлять. Тогда управитель сказал сам в себе: что мне делать? господин мой отнимает у меня управление домом; копать не могу, просить стыжусь; знаю, что сделать, чтобы приняли меня в домы свои, когда отставлен буду от управления домом. И, призвав должников господина своего, каждого порознь, сказал первому: сколько ты должен господину моему? Он сказал: сто мер масла. И сказал ему: возьми твою расписку и садись скорее, напиши: пятьдесят. Потом другому сказал: а ты сколько должен? Он отвечал: сто мер пшеницы. И сказал ему: возьми твою расписку и напиши: восемьдесят. И похвалил господин управителя неверного, что догадливо поступил; ибо сыны века сего догадливее сынов света в своем роде» (Лука 16:1-8).

Люди, чей взгляд на жизнь обусловлен промышленным индексом Доу-Джонса (Доу-Джонс является старейшим среди существующих американских рыночных индексов. Этот индекс был создан для отслеживания развития промышленной составляющей американских фондовых рынков. - Примеч. переводчика) более сообразительны в своих делах, чем ученики на духовном пути. Неверующие приводят нас в стыд. Подражайте их дальновидности.

Иисус не оправдывал поступок управителя, но восхищался его инициативой. Он не позволил трагическому стечению обстоятельств разрушить его жизнь, но сделал то, что он должен был сделать, каким бы бессовестным это ни было, чтобы устроить свою дальнейшую жизнь. Не строя иллюзий, он с наибольшей пользой использует то время, которое у него осталось. «Неверный управитель, узнав о том, что его увольняют, переделывает счета своего хозяина, чтобы обеспечить себе другую работу. Иисус хвалит его не за то, как он поступил, а за то, что он начал действовать. Ключевой момент этой истории заключается не в морали, а в апатии. Этот человек оказался в трудной ситуации, но вместо того, чтобы жалеть себя, он находчиво действует. Приглашенные гости, не ответившие на приглашение Царя прийти на пир, быстро заменяются на других. Незамедлительный ответ — вот отличительная особенность царства. Наше потрясенное воображение делает нам приглашение, которое ведет к принятию решения и действию.

Многие из нас затягивают с принятием решения, надеясь, что Иисус устанет ждать, а внутренний голос Истины охрипнет от ларингита. Таким образом, мы откладываем в сторону призыв этих притч из-за невроза страха до тех пор, пока мы не выступим «за» или «против» нового изменения жизни, открытого для нас. Наша нерешительность создает больше проблем, чем решает. Нерешительность означает, что мы перестаем расти на неопределенный промежуток времени и застреваем на одном месте. Если у нас отсутствует способность анализировать, наш человеческий дух начинает увядать. Осознанное понимание того, что мы противимся благодати и не позволяем Божьей любви сделать нас такими, какими мы должны быть, приносит нам ощущение подавленности. Наша жизнь становится разбитой на куски, непоследовательной, асинхронной и ей не хватает гармонии. Ситуация меняется. Исчезает ощущение безопасности от привычного места. Мы оказываемся между молотом и наковальней. Как мы можем решить эту дилемму?

Никак.

Мы не можем заставить себя принять благодать. Нет волшебных слов, готовых формул или тайных обрядов посвящения. Только Иисус Христос освобождает нас от нерешительности. Писание не предлагает другого основания для обращения к Богу кроме личного магнетизма Учителя.

Человек, ощутивший благодать, однажды решает попробовать молиться. Он соглашается помолчать пять минут, придя к Господу. И Иисус шепчет ему: «Настало время! Несуществующий мир гласности, модных ботинок Гуччи, мороженого Баскин Роббинс, джинсов Кальвин Кляйн, меховых жилеток, персидских ковров, шелкового нижнего белья и Супер Кубка уходит в небытие. Теперь пора остановиться и прекратить неистово бегать как лошадь Ланцелота сразу на четыре стороны, и вспомнить, что нужно лишь одно. Сейчас настало время для личного решения и положительного ответа на Мое слово».

Иисус сказал: «Позвольте Мне рассказать вам небольшую историю. Однажды богатый глупец собрал большой урожай и позаботился о том, чтобы собрать еще больший урожай на следующий год. Он сказал себе: «Ты — славный малый. Ты хорошо потрудился, заслужил все, что у тебя есть и приготовил все для обеспеченного будущего. Наслаждайся жизнью, ешь, пей и веселись». В ту ночь Мой Отец разрушил его планы. «Глупец! Этой же ночью душу твою возьмут у тебя. Кому же достанется все твое богатство? Кто им будет наслаждаться?»

В молитве Иисус замедляет ход нашей жизни и учит нас разумно относиться к отпущенному нам времени, даруя нам мудрость. Он открывает нам, что мы настолько поглощены неотложными делами, что забываем о самом необходимом. Он кладет конец нашей нерешительности и освобождает нас от давления ложных конечных сроков и близорукости.

Во-вторых, наш ответ на любовь Иисуса требует доверия. Полагаемся ли мы на свое резюме или на Евангелие благодати? Как мы реагируем на неудачи? «Благодать говорит нам, что мы приняты такими, какие мы есть. Может быть, мы еще не стали такими, какими хотим быть, и мы еще далеки от наших целей. Может быть, мы не богаты и не обладаем властью или нам не хватает духовности. Может быть, мы даже несчастны, но мы, тем не менее, приняты Богом и Он держит нас в Своих руках. Таково Его обетование нам в Иисусе Христе. Обетование, которому мы можем доверять».

понедельник, 12 ноября 2012 г.

Глава 5. Бакланы и моёвки. Часть 2


Недавно я проводил трехдневный молитвенный семинар для шести женщин в Вирджиниа Бич. Когда семинар только начался, я попросил этих женщин написать на листе бумаги один дар, который они больше всего хотели бы получить от Господа за это время. Одна замужняя женщина сорока пяти лет из Северной Каролины, за которой числился внушительный список молитвенных подвигов и служения другим людям, написала, что более всего она хотела бы хоть раз по-настоящему ощутить Божью любовь. Я уверил ее, что присоединюсь к ее молитве об этом.

На следующее утро эта женщина (которую я назову Винки) встала до рассвета и пошла прогуляться по пляжу, который находился менее, чем в пятидесяти метрах от нашего дома. Идя по пляжу босиком, она чувствовала, как прохладные воды Атлантического океана касались ее ступней и лодыжек. Затем она заметила подростка примерно в ста метрах от нее и женщину примерно в пятидесяти метрах от этого подростка, которые шли навстречу ей. Меньше, чем через минуту подросток прошел слева от нее, а женщина вдруг резко развернулась на 90 градусов, подошла прямо к Винки, нежно обняла ее, поцеловала в щеку, прошептала: «Я люблю тебя» и, как ни в чем не бывало, пошла дальше. Винки никогда раньше не видела эту женщину. Винки еще целый час бродила по этому пляжу, прежде чем вернуться в дом. Она постучала в мою дверь. Когда я открыл ей, она улыбалась. «Бог ответил на нашу молитву» - сказала она просто.

В своей книге «Великолепное поражение» Фредерик Бюхнер пишет: «Конечно, нам нужно знать не только то, что Бог существует, и не только то, что за стальным блеском звезд есть какой-то космический разум, который продолжает все это шоу, но что Бог существует прямо в гуще наших повседневных дел и событий. И этот Бог, возможно, не оставляет послания о Себе на звездах, но каким-то образом Он пытается донести Свое послание до нас через нашу слепоту, когда мы идем по колено в благоухающей грязи, несчастьях и чуде этого мира. Мы хотим не объективного доказательства Божьего существования, а переживания Божьего присутствия. Именно такое чудо мы ищем, и я так думаю, что именно это чудо мы действительно получаем».

Жизнь по Евангелию благодати ведет нас к тому, что Пьер де Шарден назвал «божественным окружением» - наполненной Богом и пропитанной Христом вселенной, миру, который пронизан величием Бога. Как нам жить в присутствии живого Бога? В изумлении и удивлении от следов Бога повсюду вокруг нас.

Благодать изобилует в современных фильмах, книгах, романах и музыке. Если Бога нет в урагане, то Он может присутствовать в фильме Вуди Аллена или концерте Брюса Спрингстина. Большинство людей лучше понимают образы и символы, чем доктрины и догмы. Образы касаются сердец и пробуждают воображение. Один богослов высказал такое предположение, что альбом Спрингстина «Тоннель любви», в котором он символически поет о грехе, смерти, отчаянии и искуплении, более важен для католиков, чем последний визит Папы Римского, во время которого он говорил о нравственности только языком доктрин. Трубадуры всегда были более важны и имели больше влияния, чем богословы и епископы.

Где-то еще в средствах массовой информации на экраны телевизоров в лучшее эфирное время проскользнула современная версия средневековой драмы о нравственности, и никто даже не заметил этого. Во многих отношениях Билл Косби является самым влиятельным религиозным проповедником в Америке (Билл Косби - американский актёр, режиссёр, продюсер, сценарист, музыкант и политический активист — Примеч. переводчика).

Каждую неделю его программа представляет яркие и привлекательные примеры любви для широкой аудитории. Эта любовь выявляется в решении семейных конфликтов в жизни героев, которые стали для нас такими же реальными, как наши соседи: Клифф, Клер, Сандра, Дениз, Тео, Ванесса, Руди и т.д. Даже не осознавая это, на их примерах мы учимся жить и любить друг друга в наших семьях. Мы смеемся над знакомыми моделями конфликтов и напряженности, вызванными такими явно банальными семейными событиями как объявление о помолвке, юбилей, большой телефонный счет, ссора между двумя влюбленными, годовщина свадьбы, размолвка между друзьями, вспышка гриппа в семье.

Семейная жизнь была материалом для юмора Косби в начале его карьеры, и это всегда был юмор с любовью. Возможно, его докторская степень в образовании заставила его больше задумываться о том, что он делает, и больше размышлять о нравственных и духовных вопросах, которые он затрагивает, но он всегда в свойственной ему манере был орудием благодати.

Благодать делает поразительный прорыв в романе писателя Уокера Перси «Кинозритель». Он рассказывает историю одного пассажира по пути домой со своей успешной работы. Этот человек чувствует себя необъяснимо несчастным, несмотря на многие причины, чтобы чувствовать себя счастливым. Внезапно он переживает сильный сердечный приступ и его доставляют из поезда на станцию, которую он много раз проезжал, но никогда не бывал там. Когда этот пассажир снова приходит в сознание, он находится на странной больничной койке, окруженный неизвестными людьми. Пока его взгляд блуждает по комнате, он замечает руку на простыне прямо перед собой. Он смотрит на нее так, словно он никогда раньше не видел свою собственную руку — эту необычную вещь, которой можно двигать туда и сюда — открывать и закрывать.

Перси продолжает свой рассказ об этом пробуждении как об откровении, об ощущении того, что богословы называют «естественной благодатью». Через сердечный приступ этот пассажир смог посмотреть на себя и свою жизнь так, как он прежде не смотрел на нее в течение многих лет, погруженный в то, что он называет «повседневностью». Это суровое испытание вернуло ему самого себя. Это событие представляет собой огромную важность в жизни, потому что то, к чему он приходит там, станет его единственной заботой в будущем. Когда он каждый день ездил на поезде, он был охвачен необъяснимым отчаянием. Теперь сердечный приступ освободил его от паралича живой смерти и дал ему импульс искать смысл жизни.

В больнице он продолжает разглядывать свою руку. Он говорит: «Моя рука была открыта прямо перед глазами. Пальцы разжимались и сжимались. Я чувствовал себя словно Рип Ван Винкль, который проснулся и проверял свои кости. Что-нибудь сломалось? Я все еще цел?»

«Словно Рип Ван Винкль, который проснулся». Перси представляет эту катастрофу, как грубое пробуждение ото сна, порыв холодного ветра или, как выражается «Кинозритель»: «хороший пинок под зад». Только реальность смерти достаточно сильна, чтобы пробуждать людей от вялости повседневной жизни и давать им импульс к активному поиску смысла жизни. Перси повергает своих героев в беды и суровые испытания только для того, чтобы говорить к ним из этого урагана о том, что наихудшие времена — это наилучшие времена. О том, что ураганы — лучше хорошей погоды. О готовности солдат вернуться в свои наихудшие ночные кошмары. Герои книг Перси не только выживают в катастрофах, но обретают в них свободу действовать и быть. Пассажир жадно хватается за свое существование и начинает жить новой жизнью в мире, который не избавился от «повседневности».

Наш милосердный Бог говорит к нам через эту повесть и призывает «выбирать между деятельностью и застоем, между тем, чтобы продолжать оказывать влияние и тем, чтобы сидеть и ждать свою смерть». Это — язык благодати, покаяния, метанойи (метанойя — в переводе с греческого «покаяние» или «разворот на 180 градусов. - Примеч. переводчика), выражаясь современным языком, так как по мнению Перси, старые слова благодати обесценились.

Не этот ли роман вдохновил Эрму Бомбек написать статью под названием «Если бы я могла прожить жизнь заново»? Она написала в ней:

«Я бы чаще приглашала друзей на ужин, даже если бы ковер был весь в пятнах, а диван выцвел. Я бы сидела сидела на лужайке со своими детьми и не волновалась бы о том, что испачкается одежда. Я бы никогда не стала покупать вещи только потому, что они практичны и долговечны. Когда мои дети горячо меня целовали, я бы никогда не говорила им: «Позже. Сначала идите и вымойте руки перед ужином». Было бы больше слов «Я тебя люблю» и «Извини», но, главным образом, если бы мне дали еще одну жизнь, я бы ловила каждую ее минуту… смотрела бы на нее и ощущала… жила бы ею… и никогда бы не отдала».

Мы слышим отзвук благодати в этой газетной колонке. Каждый момент нашего существования мы либо продвигаемся к большему, либо отступаем к меньшему. Мы либо немного больше живем, либо немного больше умираем, как сказал Норман Мэйлер.

Духовность удивления знает, что мир пронизан благодатью, и что в то время, когда грех и война, болезни и смерть ужасающе реальны, Божье любящее присутствие и сила посреди нас — еще более реальны.

В объятиях чуда я удивляюсь и восторгаюсь. Это — Моисей, стоящий у неопалимой купины и «боящийся посмотреть на Бога» (Исход 3:6). Это — Стефан перед побиванием камнями: «вот, я вижу небеса отверстые и Сына Человеческого, стоящего одесную Бога» (Деяния 7:56). Это — Микеланджело, ударяющий инструментом по своей скульптуре Моисея и повелевающий ему: «Говори!» Это — Игнатий Лойола, с детским восторгом рассматривающий ночное небо, и Тереза Авильская, восхищенная видом розы. Это сомневающий Фома, нашедший своего Бога в ранах Иисуса. Это — Мать Тереза, ищущая лицо Христа в нищих и больных. Это — Америка, делающая первые шаги по Луне, и ребенок, запускающий воздушного змея. Это — мать, которая с любовью смотрит на своего новорожденного младенца. Это — чудо первого поцелуя.

Евангелие благодати сильно обесценивается, когда христиане утверждают, что трансцендентного Бога можно правильно почитать только путем отрицания благости, истины и красоты вещей этого мира.

Нашей реакцией на Бога, открывшего Себя как любовь, должно быть удивление и восхищение.

Позвольте мне в общих чертах сделать набросок библейского богословия о божественной любви.

Самое раннее восприятие Бога в Израиле было основано на завете: договоре, заключенном на горе Синай. Через Своего посредника, Моисея, Бог сказал израильтянам: «Вы будете Моим народом, а Я буду вашим Богом». Яхве впервые открывается евреям как Тот, кто лично устанавливает с ними отношения. Их восприятие Бога сильно превосходило языческие представления о богах, которые были такими же переменчивыми, капризными, эротичными и непредсказуемыми, как и те силы, с которыми они отождествлялись: ветер, буря, плодородие, нация и так далее.

Израиль знал святого Бога, превосходящего все видимое и ощутимое, но все же очень личного. Его отражение можно было так или иначе увидеть в творении, но Он не отождествлялся с ним. Книга Исход описывает Его как постоянного, заинтересованного в личных отношениях, надежную Скалу среди всего непостоянства.

Поэтому евреи обращались к Богу завета, Который был его инициатором и Который первым заговорил с Израилем, взял его Себе как народ и дал ему чувство индивидуальности. На этой начальной фазе отношений Бог Израиля был невозмутимым и даже холодным.

Они ценили Его верность, постоянство и заинтересованность, но еще не могли ощущать Его тепло и сияние. Яхве был как Гибралтарская скала на ветру меняющихся событий. У Него было лицо, но оно было бесстрастным, с оттенком доброты: напоминающее Чарлтона Хестона или героя сериала "Дым" маршала Мэтта Диллона (Чарлтон Хестон — американский актер. - Примеч. переводчика), и в Яхве не было никакой слащавости. Он был твердым, справедливым и надежной опорой: Он легко переключался с пешеходной прогулки по Мейн Стрит на преследование по пустыне похитителя детей, через «страну индейцев» (территории США, населенные индейцами — Примеч. переводчика) до самого сердца Мексики. Неослабевающая надежность. Избрание Израиля было полностью добровольным. В американском телевизионном сериале "Дым" есть такой эпизод, где маршал Мэтт Дилон встречается с Нелл. Ей не нужно было пользоваться косметикой или модными украшениями, как другим соблазнительным красоткам. Мэтта Диллона невозможно соблазнить. Он выбирает Нелл добровольно, берет ее такой, какая она есть, и это придает ей настоящее чувство уверенности. Иногда ей было немного страшно, все казалось несколько нереальным и слишком хорошим, чтобы быть правдой.

Представления Израиля о Боге нуждались в более четких определениях, потому что Богу не чуждо человеческое и Он соприкасается с человечеством в Иисусе, далеко выходя за пределы человечности, какой мы ее знаем, чтобы Он мог быть всем, кем мы являемся и не являемся.

Бог поднимал пророков, зажигая в их сознании живое осознание Его присутствия, и отправлял их, чтобы они открывали Его людям в более теплом и сострадательном свете. Хотя Израиль временами вел себя как блудница, увлекающаяся чужими богами, пророки провозглашали Божье постоянство вопреки человеческой неверности: «Израиль, не будь таким глупым, чтобы измерять Мою любовь к тебе своей любовью ко Мне! Никогда не сравнивай свою шаткую, слабую, колеблющуюся любовь, которая легко поддается переменам настроения, с Моей любовью к тебе, потому что Я — Бог, а не человек».

Человеческая любовь всегда будет лишь слабой тенью по сравнению с любовью Божьей. Не из-за того, что она слишком слащавая или сентиментальная, а просто из-за того, что ее источник не сможет сравниться с Божьим. Человеческая любовь со всей ее страстью и эмоциями — это лишь слабое эхо страстной любви Яхве.

В Синайской пустыне Бог завета был верным и справедливым. Израиль был верным. Они были связаны между собой. Но если Израиль становился неверным, логика и человеческая справедливость подсказывали, что Бог должен перестать ухаживать за ним. Ему бы следовало расторгнуть договор, взять Свой портфель и выйти из здания суда. Отношения должны были закончиться.

Но мы не можем применять человеческую логику и справедливость к живому Богу. Человеческая логика основана на человеческом опыте и человеческой природе. Яхве не сообразовывается с этой моделью. Если Израиль был неверен, Бог оставался верным вопреки всей логике и пределам справедливости, просто потому что Он — Бог. Любовь объясняет радостную иррациональность Божьего поведения. Любовь иногда склонна быть иррациональной. Она продолжает добиваться расположения, несмотря на неверность. Она перерастает в ревность и гнев, - а это выдает ее живой интерес к объекту любви. Чем более сложным и эмоциональным становится образ Бога в Библии, тем больше Он становится, и тем больше мы приближаемся к тайне Его неопределимости.

Милость Яхве придает Израилю больше уверенности. Справедливость говорит: «Я ничего тебе не должен, потому что ты нарушил договор». Но там, где заканчивается справедливость — начинается любовь, а она открывает, что Бог заинтересован не только в доходах от этого договора. Он смотрит в глаза Израиля долгим взглядом. Он видит сквозь завесу всех его хороших и плохих дел. Израиль в смущении поднимает свои глаза и встречается взглядом с Ним: «Кого? Меня?!»

«Да, тебя. Я не хочу абстрактных отношений. Мне нужно твое сердце» (И Он говорит это не тоном современной духовности. Многие из нас представляют Бога мелочным таможенником, который обыскивает наши нравственные чемоданы, чтобы проверить наши дела, а затем выдает нам карточку для записи счета, чтобы мы подвели итог своим добродетелям и порокам и привели свой счет в порядок до Судного дня).

Согласно Осии, Бог готов поддерживать взаимоотношения даже тогда, когда Его избранница стала вероломной и вульгарной блудницей. Эта же мысль переходит и в Новый Завет. Перед Иисусом поставили женщину, взятую в прелюбодеянии. Бог религиозных лидеров, который никак не мог оправиться после поступка Осии, обязательно должен осудить ее. Она была неверной, и божественный суд, воплощенный в религиозных лидерах, должен побить ее камнями. Бог фарисеев заинтересован в договоре, и прежде всего в правосудии. Давайте убьем женщину из-за договора. Человек — малоценное имущество.

Но в человеке Иисусе мы видим человеческое лицо Бога, хранящего Ветхозаветное откровение. Он заинтересован в женщине. Его любовь превосходит правосудие и становится спасительной, вместо того, чтобы заново растолковывать основные правила.

Несправедливо? Для нашего образа мышления — да. Слава Богу! Я очень рад, что Бог не поступает со мной так, как этого бы требовала справедливость. В последний день, когда Иисус позовет меня по имени и скажет: «Приди, Бреннан, благословенный Моего Отца» - это будет не благодаря тому, что Авва — справедливый, а тому, что Его имя — милость.

Поймем ли мы когда-нибудь Евангелие благодати, страстную любовь Бога и мир благодати, в котором мы живем? Иисус Христос — это Божий соблазн для людей. Когда Ирод арестовал Иоанна Крестителя, тот послал пару своих учеников спросить Иисуса: «Ты ли Тот, Кто должен прийти в мир или нам ждать другого?» Иисус ответил: «пойдите, скажите Иоанну, что слышите и видите: слепые прозревают и хромые ходят, прокаженные очищаются и глухие слышат, мертвые воскресают и нищие благовествуют; и блажен, кто не соблазнится о Мне».

Мы должны удивляться Божьей благости, поражаться тому, что Он назвал нас по имени. Мы должны изумляться Его любовью, ошеломленные тем, что прямо в это мгновение мы стоим на святой земле.

Каждая притча Иисуса о милости была адресована Его оппонентам: ворчащим книжникам, ропщущим фарисеям, критично настроенным богословам, членам Синедриона. Они были врагами Евангелия благодати, возмущенные тем, что Бог заботится о грешниках, недовольные тем, что Он ел с людьми, которых они презирали. Что же Он говорит им?

Эти грешники, эти люди, которых вы презираете, - ближе к Богу, чем вы. Труднее всего покаяться не блудницам и ворам, а вам, потому что вы настолько чувствуете безопасность в своей набожности и ханжестве, что не считаете нужным каяться. Возможно, они ослушались Божьих повелений и их дела унизили их достоинство, но они скорбели о своих делах и раскаялись в них. Более того, именно они оценили Его благость - они идут в Царство впереди вас, потому что у них есть то, чего не хватает вам: глубокой признательности за Божью любовь и глубокого изумления перед Его милостью.

Давайте попросим Бога о том даре, который Он дал незабвенному раввину Джошуа Абрахаму Хешелю: «Дорогой Господь, даруй мне благодать удивления. Удиви меня, изуми меня, очаруй меня каждым изломом Твоей вселенной. Даруй мне удовольствие увидеть, как Твой Христос появляется в десяти тысячах разных мест одновременно, прекрасный во всех отношениях, и не в Своих собственных глазах, а в глазах Отца через черты ли людей. Очаровывай меня каждый день Своими удивительными вещами, которым нет числа. Я не прошу увидеть причину, стоящую за всем этим. Я только прошу, чтобы Ты поделился со мной чудом всего этого».

понедельник, 5 ноября 2012 г.

Глава 5. Бакланы и моёвки. Часть 1


За несколько лет до своей смерти выдающийся раввин Абрахам Джошуа Хешель пережил сердечный приступ, едва не ставший фатальным. Его самый близкий друг стоял возле его кровати. Хешель был настолько слаб, что смог только прошептать: «Сэм, я испытываю только огромное чувство благодарности за свою жизнь, за каждое мгновение, которое я прожил. Я готов идти. Я увидел столько чудес за свою жизнь». Старый раввин утомился, говоря эти слова. После долгой паузы он сказал: «Сэм, я никогда в жизни не просил Бога об успехе, власти или известности. Я просил о чуде и Он даровал мне его».

Я просил о чуде и Он даровал мне его. Обыватель будет стоять перед картиной Клода Моне и ковырять в носу. Изумленный человек будет стоять там и сдерживать слезы.

В общем и целом наш мир утратил ощущение чуда. Мы выросли. У нас больше не перехватывает дух от вида радуги или запаха розы, как это было однажды. Мы стали большими, а все остальное уменьшилось и стало менее впечатляющим. Мы утрачиваем вкус к жизни, становимся более умудренными и искушенными. Мы больше не водим пальцами по воде, не заглядываемся на звезды и не строим рожицы, глядя на луну. Теперь мы знаем, что вода — это Н2О, все звезды были классифицированы, а луна сделана не из сыра. Благодаря спутниковому телевидению и реактивным самолетам мы можем бывать в тех местах, которые раньше были доступны только Колумбу, Бальбоа и другим отважным исследователям.

В не таком далеком прошлом гром заставлял людей дрожать и чувствовать себя маленькими. Но Бога вытесняют из Его мира наукой. Чем больше мы знаем о метеорологии, тем меньше мы склонны молиться во время грозы. Теперь самолеты летают над ней, под ней и облетают вокруг нее. Спутники фотографируют ее. Какое бесславие — если бы гроза могла ощущать бесславие! Она превратилась из Божьего чуда в помеху!

Хешель говорил, что сегодня мы верим в то, что можно разгадать все загадки, и что все чудеса «можно объяснить или новизной, или невежеством». Несомненно, все новое удивляет нас: космические корабли, новинки в компьютерных играх, самые мягкие подгузники. И это длится до завтрашнего дня, до того момента, пока новое не станет старым, а вчерашнее чудо не разоблачат или не не будут считать его само собой разумеющимся. Неудивительно, что раввин Хешель сделал вывод: «Чем дальше продвигается цивилизация — тем меньше становится наше чувство изумления».

Мы настолько поглощены собой, своими словами, планами и проектами, что у нас вырабатывается иммунитет от славы Творения. Мы редко замечаем облачко, набежавшее на луну или капли росы на лепестках розы. Лед на пруду появляется и исчезает. Дикая ежевика созревает и вянет. Черный дрозд вьет гнездо за окном нашей спальни. Мы не видим его. Мы избегаем холода и жары. Мы замораживаем себя летом и прячемся за пластиковыми окнами зимой. Мы подгребаем каждый листок, как только он упадет с дерева. Мы настолько привыкли покупать расфасованное мясо и рыбу в супермаркетах, что уже никогда не думаем и не удивляемся изобилию Божьего творения. Мы становимся самодовольными и живем практично. Мы упускаем ощущение благоговения, почтения и изумления.

Наш мир пропитан благодатью и скрытое присутствие Бога открывается не только в духе, но и в материи: в скачущем по лугу олене, в полете орла, в огне и воде, в радуге после летнего дождя, в нежном щебетании птиц в лесу, в Девятой симфонии Бетховена, в ребенке, облизывающем рожок с шоколадным мороженым, в женщине с развевающимися волосами. Бог задумал все так, чтобы мы находили Его любящее присутствие в мире вокруг нас.

Как-то несколько лет назад я читал кельтские хроники и мне ясно представилась ирландская церковь в Средневековье. Когда один молодой ирландский монах увидел, как его кошка поймала форель на мелководье, он воскликнул: «Сила Господа в лапах этой кошки!» Хроники рассказывают о странствующих по Атлантике монахах-моряках, которые видят Божьих ангелов и слышат их пение, когда они поднимаются и опускаются за Западными островами. Какой-нибудь ученый сказал бы, что это были всего лишь чайки, олуши, тупики, бакланы и моёвки, которые в изобилии водятся в этих краях. Но монахи жили в мире, в котором все было для них Божьим Словом, и в котором Божья любовь была заметна даже тем, у кого совсем не было творческого воображения. Как еще, думали они, Бог будет говорить с ними? Они почитали Писание, но они также почитали и непрекращающееся Божье откровение о Самом Себе в Его мире благодати. «В глазах кошки можно увидеть всю природу» - говорили они. Для очей веры каждое творение являет благодать и провидение Аввы.

Мы, религиозные люди, так часто ходим посреди красоты и изобилия природы и без умолку говорим. Мы упускаем панораму красок, звуков и запахов. С таким же успехом можно было бы оставаться внутри наших закрытых, искусственно освещенных комнат. Мы упускаем уроки природы и возможность погрузиться в тихое восхищение Богом этого творения. Мы не позволяем себе удивляться великолепию этого мира, пропитанного благодатью. Природа не успокаивает наши беспокойные души, не восстанавливает правильный взгляд на мир и не затрагивает нас до глубины души. Вместо этого она напоминает нам о повседневной рутине: не забывать перелистывать лист календаря или заказать зимние шины для автомобиля. Нам нужно заново открыть для себя Евангелие благодати и мир благодати.

Потому что «благодать Господа нашего Иисуса Христа и любовь Бога-Отца и общение Святого Духа» открывает нам божественное пространство, находящееся вокруг нас, особенно в жизни любящего человека.

Я вспоминаю нищего из комедии Мольера «Дон Жуан». Он сидит на углу улицы, в то время как мимо него проходит дворянин. Этот прохожий — аристократ Дон Жуан, озлобленный человек, который лишился богатства и своего доброго имени.

«Подайте милостыню ради любви Божьей» - кричит нищий.

Дон Жуан останавливается, опускает руку в карман, достает последнюю золотую монету и держит ее над протянутыми руками нищего. «Прокляни Бога и я дам ее тебе».

«О, нет, мой господин» - отвечает нищий. «Я бы никогда не сделал этого». Подобный жест более наполнен благодатью, чем все небо, усыпанное звездами, тысяча симфоний, Эйфелева башня или Мона Лиза. Фома Аквинский сказал, что благородство души, живущей в благодати, настолько привлекательно, что оно превосходит красоту всего творения.

Рассказывают историю о Фьорелло Ла Гуардия, которого во времена его бытности мэром Нью-Йорка с наихудших дней Великой Депрессии и на всем протяжении Второй Мировой войны, обожавшие его рабочие звали его «Маленьким Цветочком». Его так прозвали из-за того, что он был всего 1,62 м ростом и всегда носил гвоздику в петлице своего пиджака. Он был яркой личностью. Он водил пожарные машины, совершал вместе с полицией облавы на бары, незаконно торговавшими спиртным, брал целые детские дома на бейсбольные игры. И всякий раз, когда газеты Нью-Йорка объявляли забастовку, он выходил на радио и читал детям воскресную страничку юмора.

Одним особенно холодным вечером 1935 года мэр появился в суде, который относился к самому бедному району города. Ла Гуардия отпустил судью и сам занял его место. Через несколько минут в зал ввели одетую в лохмотья старую женщину, которая обвинялась в краже буханки хлеба. Она рассказала мэру, что ее зять оставил ее больную дочь, а ее двое внуков голодали. Но владелец магазина, у которого украли хлеб, отказался отозвать обвинение. «Ваша честь, это очень плохой район» - сказал тот продавец мэру. «Ее нужно наказать, чтобы преподать другим людям хороший урок».

Ла Гуардия вздохнул. Он повернулся к женщине и сказал: «Мне придется вас наказать. Закон не делает никаких исключений. Вы должны заплатить десять долларов или провести десять дней в тюрьме». Но в тот самый момент, пока он читал приговор, он опустил свою руку в карман. Он достал оттуда банкноту и положил ее в свое знаменитое сомбреро, сказав: «Вот штраф в десять долларов, который снимет наказание. И сейчас я оштрафую в этом суде каждого на пятьдесят центов за то, что он живет в городе, в котором человеку приходится воровать хлеб, чтобы его внуки могли поесть. Мистер Бейлиф, соберите со всех штрафы и отдайте их обвиняемой».

На следующий день газеты Нью-Йорка сообщили, что смущенной женщине, укравшей хлеб, чтобы накормить своих голодающих внуков, отдали 47 долларов и 50 центов, из которых 50 центов были внесены владельцем того магазина. А остальные семьдесят мелких преступников, нарушивших правила дорожного движения, вместе с полицейскими города Нью-Йорка, каждый из которых только что заплатил по пятьдесят центов, стоя аплодировали мэру.

Какой это был удивительный момент благодати для всех, кто находился в том зале суда! Божья благодать мощно действует в жизни любящего человека. Как бы хотелось, чтобы мы узнавали Божью благодать, когда она приходит к нам!

понедельник, 29 октября 2012 г.

Глава 4. Нимбы набекрень. Часть 2.


Евангелие провозглашает, что какими бы мы ни были прекрасными молитвенниками или исполнительными тружениками, мы не можем спасти себя. То, что совершил Иисус — было достаточно. Если мы ведем себя как самопровозглашенные святые, подобно фарисеям, или остаемся нейтральными как Пилат, который так и не смог сделать шаг веры, мы позволяем блудницам и фарисеям первыми входить в Царство. В то время как мы, выражаясь словами Флэннери О'Коннор, стоим позади и все наши так называемые добродетели сгорают в нас. Блудницы и мытари идут впереди нас, потому что они знают, что не могут спасти себя сами. Они не могут себя сделать более благообразными и достойными любви. Они полностью доверились Иисусу, и зная, что у них в жизни далеко не все в порядке, они не были слишком горды, чтобы принять дар удивительной благодати.

Может быть, в этом и заключается наша проблема и корень нашей дилеммы. Мы колеблемся между тем, чтобы наказывать и поздравлять самих себя с успехом, потому что мы заблуждаемся, думая, что мы спасаем себя сами. Мы развиваем ложное чувство безопасности от наших добрых дел и скрупулезного исполнения закона. Наш нимб становится слишком тугим, и в результате у нас появляется тщательно скрываемое отношение морального превосходства над другими людьми. Или мы презираем нашу непоследовательность, сокрушаемся о том, что мы не оправдали своих завышенных ожиданий о самих себе. И продолжается наше катание на американских горках эмоциональных подъемов и депрессий.

Почему?

Потому что мы никогда не признаем свою ничтожность перед Богом и, следовательно, мы никогда не входим в более глубокие отношения с Ним. Но когда мы признаем свое бессилие и беспомощность, и что мы нищие у дверей Божьей милости, тогда Бог может сделать из нашей жизни что-то прекрасное.

Нищета духа является второй главной характеристикой спасенных грешников, которые носят свои нимбы набекрень, живя по благодати. Как на самом деле выглядит человек, которого Иисус назвал «нищим духом»?

Вот вам одна история. Несколько лет назад в городе Элджиерс, штат Луизиана, в конце одного собрания пробуждения ко мне подошел один сорокалетний мужчина, пробормотал: «Я помолился об этом», сунул мне в карман конверт и стремительно удалился. Я уже опаздывал на праздничный ужин в этом приходе, поэтому я поспешно направился к церкви и общению с людьми, совсем позабыв про этот конверт. Позднее тем вечером я готовился ко сну, вывернул карманы пиджака, достал конверт и из него на пол вывалился чек на шесть тысяч долларов.

Перед тем, как я посетил это собрание возрождения, я несколько дней жил на городской свалке в Мексике, на которой маленькие дети и старики буквально копались в отбросах в поисках пищи, роясь в куче мусора высотой более девяти метров. Несколько детей умирали каждую неделю от недоедания и загрязненной воды. Я отправил этот чек на шесть тысяч долларов одному человеку с десятью детьми, трое из которых уже умерли от мучительной нищеты и ужасных жилищных условий. Знаете, что сделал этот человек, получивший мой чек?

Он написал мне девять писем за два дня. Писем, из которых буквально выливалась благодарность, когда он подробно описывал, как он использовал деньги, чтобы помочь своей семье и соседям на этой свалке. Это дало мне прекрасную иллюстрацию того, на что похожа жизнь нищего человека.

Когда он получает дар — он сначала испытывает, а затем выражает искреннюю благодарность. Не имея ничего, он ценит даже самый малый дар. Мне был дан совершенно незаслуженный дар спасения в Иисусе Христе. Без каких-либо моих заслуг я получил настоящее приглашение на Небесный свадебный пир в Царстве Божьем, чтобы вечно пить там новое вино. Кстати, для выздоравливающего алкоголика - это действительно Небеса!

Но иногда я настолько занят собой, что начинаю требовать для себя то, чего я, по-моему мнению, заслуживаю. Или я начинаю считать подарки, которые получаю, как нечто само собой разумеющееся. Классический пример: мужчина в ресторане заказывает салат из крабового мяса. По ошибке официантка приносит салат из креветок. Разозленный и сердитый мужчина начинает рычать: «Где мое крабовое мясо?». Каким-то образом, жизнь должна преподнести ему салат из крабов. Он считает само собой разумеющимся не только салат из крабов, но и многие другие дары: жизнь, веру, семью, друзей, таланты.

Чем глубже мы погружаемся в Дух Иисуса Христа, тем беднее мы становимся. И тем больше мы осознаем, что все в жизни является даром. Наша жизнь становится более смиренной и наполненной радостным благодарением. Осознание нашей нищеты и бессилия дает нам причину для того, чтобы радоваться дару призвания из тьмы в чудный Божий свет и тому, что мы помещены в Царство возлюбленного Божьего Сына. Бедняк пишет Господу по девять писем на дню, и там написано: «Благодарю!»

Нищий духом ученик в общении с другими людьми всегда оставляет своего собеседника с ощущением того, что жизнь этого ученика обогатилась от общения с ним. Это и не ложная скромность, и не показное смирение. Жизнь такого ученика обогатилась и облагородилась. Он не только отдает другим, но и получает. Он не навязывает себя другим. Он внимательно слушает, потом что знает, что ему есть чему поучиться у других. Его духовная нищета позволяет ему входить в мир других людей, даже когда он сильно отличается от его собственного: мир наркоманов и гомосексуалистов. Нищие духом — это самые не осуждающие люди и они хорошо уживаются с грешниками.

Истинно нищие духом примирились со своим несовершенным существованием. Они осознают свой недостаток в целостности, свою сломленность и тот простой факт, что у них не все в порядке. Они не оправдывают свой грех, но смиренно осознают, что именно грех побудил их отдаться на милость Отца. Они не пытаются быть никем кроме самих себя: грешников, спасенных благодатью.

Нищий духом человек понимает, что его сердце любит других не так сильно, как он бы этого желал. Однажды я проповедовал шесть недель подряд во время Великого поста. Последнее служение состоялось в городе Даунерс Грув, штат Иллинойс, и в тот последний вечер я чувствовал себя, как выжатый лимон. На этих служениях побывало более тысячи человек. Когда заиграли последний гимн, внутренне я начал спорить с самим собой, сможет ли мое тело выдержать еще полчаса прощаний и слов благословений в вестибюле.

У меня появилась привлекательная альтернатива. Я мог бы поспешить в ризницу, снять с себя богослужебные одежды, захватить банку лимонада, побежать в свою комнату и завалиться спать. "Дух бодр, плоть же немощна". В конце концов я помолился о подкреплении сил от Духа Святого и направился прощаться в вестибюль церкви. Я делал это настолько искренне и тепло насколько мог и лег спать около полуночи.

На следующий день у меня на столе лежала записка, адресованная мне. «Дорогой Бреннан. Я посещал Ваши служения всю эту неделю. Вы красноречивы, остроумны, поэтичны, выразительны, харизматичны и … надменны. Вчера вечером, когда вы стояли в вестибюле церкви после окончания служения, где была Ваша любовь к каждому из нас посреди всей вашей славы? Почему Вы не снизошли к нам и не обняли всех маленьких детишек? Почему Вы не поцеловали в щеку всех наших пожилых женщин? Почему Вы не посмотрели на нас из глубины Вашей души, чтобы бездна встретилась с бездной, а любовь с любовью? Вы слепы!». Письмо было подписано: «Зеркало».

Очевидно, что этот человек нуждался в чем-то, чего я не смог ему дать. Учитывая мои обстоятельства, его ожидания были несколько неумеренными. Но даже, когда я полон сил и не чувствую усталости, я понимаю, что я люблю людей не так сильно, как мог бы или хотел. Зачастую, когда я занимаюсь душепопечительством, ко мне приходит хорошая мысль, которой можно было бы поделиться, только через двадцать минут после того, как человек выйдет из моего кабинета.

Я могу услышать, что мне говорит женщина, но не понять, что она имеет в виду и в конце концов дать ей мудрый совет на проблему, которой и не существует. Однажды я отправился проповедовать в тюрьму после одного тревожного телефонного разговора и начал свою проповедь с шокирующего приветствия: «Мне приятно видеть здесь так много людей!»

И так оно и происходит. Часто мы не на высоте, не контролируем обстоятельства, или, как говорят ирландцы, мы «не в лучшей форме». Это часть нашей нищеты, как человеческих существ. Когда у нас есть здоровая самооценка, лишенная самомнения, мы просто выражаем действительность. Быть человеком — значит быть нищим. Наш бедный дух не дает нам стать тиранами по отношению к самим себе.

Если мы попросим женщину, нищую духом, описать свою молитвенную жизнь, то скорее всего она ответит так: «Большую часть времени моя молитва состоит из ощущения отсутствия Бога и надежды на единение с Ним». Она не одарена мистическими переживаниями и духовными ощущениями. И это нормально, потому что это отражает истину ее бедного человеческого существования.

И все же ощущение отсутствия Бога не означает отсутствие таких переживаний. Например, солдат на войне, во время затишья боя, украдкой успевает взглянуть на фотографию своей жены. И в этот момент он больше присутствует для нее, когда ее нет рядом, чем для своей винтовки, которая у него в руках. Подобным образом нищие духом понимают, что религиозные переживания и «подъемы» не являются целью настоящей молитвы. Ее целью является единение с Богом.

Христианин, который действительно нищ духом, приходит на воскресное богослужение и поет: «Беден я, но я принес все, что мог, все, что мог. Я — Твой, я — Твой».

Одна из великих светочей в истории молитвы, Тереза Авильская, рассказывает в своей книге «Путь к совершенству»: «Я знаю одну монахиню, которая не могла молиться никакой другой молитвой, кроме молитвы вслух... Она пришла ко мне в великом расстройстве, говоря, что не понимает, как можно практиковать мысленную молитву, размышление, сосредоточенную молитву, и не умеет молиться никак, кроме как вслух. Она была довольно пожилой женщиной и прожила очень добродетельную и благочестивую жизнь. Я спросила ее, какими молитвами она молилась и из ее ответа я поняла, что просто повторяя вслух молитву Отче наш, она находилась а настоящем размышлении и Господь влек ее к более тесному общению с Ним. Поэтому я прославила Господа и позавидовала ее молитве вслух».

Молитва нищего духом может состоять всего из одного слова: Авва. Но это слово может выражать очень близкое общение. Представьте себе маленького мальчика, пытающегося помочь своему отцу по дому, или мастерящего подарок для своей матери. Может оказаться, что помогая, он будет только лишь мешать, а подарок окажется совершенно бесполезным, но любовь, которая была в него вложена — проста и чиста, и ответная реакция, которую он пробуждает — это неудержимая любовь. Я уверен, что именно так происходит общение между нами и Аввой. На самом глубоком и простом уровне мы хотим делать друг друга счастливыми и довольными. Наше искреннее желание ценится гораздо больше, чем любой успех или неудача. Поэтому, когда мы пытаемся молиться и не можем, или когда мы терпим неудачу в своем искреннем желании быть сострадательными, Бог с нежностью касается нас.

В этом смысле нет такого понятия как плохая молитва. Третья особенность парней, носящих свои нимбы набекрень, заключается в честности. Мы знаем, кто мы такие на самом деле. Как трудно быть честным и принимать, что я неприемлем, отрекаться от самооправданий, отказываться от своих претензий на то, что мои молитвы, духовная мудрость, десятина и успехи в служении могут сделать меня угодным Богу! Никакие предыдущие заслуги не делают меня более привлекательным в Божьих очах. Я достоин любви только потому, что Он любит меня.

Честность — это такая драгоценная вещь, которую редко найдешь в мире или в церкви. Честность требует правдивости в признании зависимостей и пристрастий, которые контролируют наше внимание, преобладают в нашем сознании и действуют, как лжебоги. Я могу пристраститься к водке или к тому, чтобы всегда быть милым с людьми, к марихуане или к тому, чтобы меня все любили, к кокаину или к тому, чтобы все признавали мою правоту, к азартным играм или к недозволенным взаимоотношениям, к гольфу или к сплетням. Возможно, это пристрастие к еде, деньгам, популярности, власти, мести, чтению, телевизору, табаку, весу или победе. Когда мы отдаем больший приоритет чему-либо кроме Бога, мы совершаем идолопоклонство. Таким образом, мы совершаем идолопоклонство бесчисленное количество раз каждый день.

Когда мы принимаем Евангелие благодати и стараемся избавиться от защитных механизмов и уловок в своем поведении, честность становится и более трудной, и более важной. Теперь честность включает в себя готовность посмотреть в глаза истине о том, кто мы такие, какими бы угрожающими и неприятными ни были наши представления. Это значит терпеливо относиться к себе и держаться за Бога, когда мы узнаем, как игры нашего разума наносят нам поражение, когда мы признаем то, чего мы старались избегать, когда мы осознаем наши ошибки и когда мы полностью понимаем, что не можем справиться с этим сами. Эта последовательная конфронтация с самим собой требует сил и мужества. Мы не можем использовать неудачу как оправдание, чтобы перестать пытаться.

Не обладая честностью, я могу с легкостью создать довольно впечатляющий образ самого себя. И тогда мою радость в Боге сменит самодовольство. Многие из нас не хотят знать правду о себе. Мы предпочитаем быть уверенными в своей добродетели, как проиллюстрировано в следующей сцене. Однажды проповедник сказал своему другу: «Недавно мы пережили самое большое возрождение, которое было у нашей церкви за долгие годы».

«Сколько людей добавилось к членам церкви?»

«Ни одного. От нас ушли пятьсот человек».

Быть живым — означает быть сломленным. А быть сломленным — означает нуждаться в благодати. Честность помогает нам поддерживать контакт с нашей нуждой и истиной о том, что мы — спасенные грешники. В честных учениках есть прекрасная прозрачность. Они никогда не носят маски и никем не притворяются, оставаясь самими собой.

Когда человек действительно честен (а не только работает над этим), становится почти невозможно оскорбить его личность. Потому что в нем нечего оскорблять. Те, кто действительно были готовы к Царству, были именно такими людьми. Их внутренняя нищета духа и неукоснительная честность сделала их свободными. Они были теми, кому было нечем гордиться.

Помните грешную женщину, которая целовала ноги Иисуса? В этом поступке была свобода. Будучи презренной женщиной из-за того, что она была блудницей, она приняла истину о своей полной ничтожности перед Господом. Ей было нечего терять. Она много возлюбила, потому что ей было много прощено.

Так называемый «хороший» разбойник был террористом, который признавал, что получил справедливое воздаяние за свои преступления. Ему также было нечем гордиться.

Добрый самарянин, выбранный как образец христианского сострадания, был презираем как еретик языческо-еврейского происхождения. Он был уже настолько нечист, в отличие от священника и левита, которые прошли мимо с туго затянутыми на голове нимбами, что он мог позволить себе выразить свою любовь к израненному человеку, оставленному умирать.

Честность с самим собой не делает нас неприемлемыми для Бога. Она не отдаляет нас от Него, а наоборот, влечет нас к Нему, как ничто другое. И заново открывает для нас поток благодати. Хотя Иисус призывает каждого из нас к более совершенной жизни, мы не можем достичь ее своими силами. Быть живым — означает быть сломленным. Быть сломленным — означает нуждаться в благодати. Только по благодати каждый из нас может надеяться, что мы можем больше уподобиться Христу.

Спасенный грешник с нимбом набекрень обратился от недоверия к доверию, обрел внутреннюю нищету духа и насколько только может, проявляет честность к себе, другим и Богу.

Вопрос, который ставит перед нами Евангелие благодати, очень прост: Кто может отлучить тебя от любви Христа? Чего ты боишься?

Ты боишься, что твои слабости могут отлучить тебя от любви Христа? Они не могут.

Ты боишься, что твое несоответствие требованиям может отлучить тебя от любви Христа? Оно не может.

Ты боишься, что твоя внутренняя нищета может отлучить тебя от любви Христа? Она не может.

Сложный брак, одиночество, беспокойства о будущем детей? Они не могут.

Негативный образ самого себя? Он не может.

Экономические трудности, расовая ненависть, уличная преступность? Они не могут.

Отвержение любимыми или страдания любимых? Они не могут.

Гонения от властей, заключение в тюрьму? Они не могут.

Ядерная война? Она не может.

Ошибки, страхи, неуверенность? Они не могут.

Евангелие благодати взывает к нам: ничто и никогда не сможет отлучить нас от любви Божьей, проявленной в Иисусе Христе, Господе нашем.

Вы должны быть уверены в этом, доверять этому и никогда не забывать об этом. Все остальное пройдет, но любовь Христа будет такой же вчера, сегодня и всегда. Вера станет видением, надежда станет реальностью, но любовь Иисуса Христа, которая сильнее смерти, пребудет вовеки. В конечном итоге, это единственное, за что вы можете держаться.